iskander_zombie (iskander_zombie) wrote,
iskander_zombie
iskander_zombie

Акт убийства / The Act of Killing, Дания-Великобритания-Индонезия, 2013

url1


«В 1965 году правительство Индонезии было свергнуто военными. Все выступавшие против военной диктатуры объявлялись «пособниками коммунистов»: члены профсоюзов, безземельные крестьяне, интеллигенция, этнические китайцы. В течение одного года, при прямой поддержке западных демократий, было убито свыше миллиона так называемых «коммунистов».
Для осуществления убийств режим использовал различные военизированные группировки и банды. Многие из этих людей находятся у власти и продолжают преследовать своих противников вплоть до сего дня. Когда мы встречались с убийцами, они с гордостью рассказывали нам о своей деятельности в те годы. Чтобы лучше понять их мотивацию, мы попросили героев фильма инсценировать сцены убийств своими силами – на их собственное усмотрение. Фильм посвящен запечатлению данного процесса и его последствий.»


Это вступление от создателей картины. Прочитайте его и задайте себе вопрос. Вы действительно хотите посмотреть это кино? Вы правда-правда хотите его посмотреть? Абсолютно точно? Потому что некоторые вещи увидев, нельзя развидеть обратно. И я говорю не о физической стороне насилия – этого здесь как раз практически нет. А есть тут нечто другое…



Сильнее всего действует, пожалуй, именно то, что персонажи фильма, убийцы, становятся его соавторами, принимая самое деятельное участие в процессе съемок. С определенного момента уже и не понимаешь даже, как воспринимать происходящее. Чуть ли не впервые на моей памяти в кино на такую тему показаны именно ЛЮДИ, которых не пытаются низвести до уровня картонных злодеев. А оттого гораздо страшнее – когда понимаешь, что «они» ничем не отличаются от «нас». Когда тебе обещают «документалку про массовых убийц», то невольно ожидаешь от героев двух вариантов поведения: либо покаянное размазывание соплей на тему «невиноватый я, меня заставили», либо ударение себя пяткой в грудь, дескать «и правильно убивали, и только за дело убивали, и вообще мало мы вас душили». Но ничего подобного нет и близко!

Вот эти люди, которые занимались тем, чем занимались. Вот они об этом рассказывают (и показывают) во всех деталях. Охотно общаются с киношниками, сами говорят о нужности и полезности такого фильма, который покажет правду. Некоторые немного сожалеют о содеянном, некоторые гордятся, некоторые вообще эмоций не показывают. Но поскольку бояться героям нечего (а многие из них – действительно «национальные герои»), они не пытаются себя оправдать и обелить. Абсолютно откровенно говорят: «Да, мы убивали ни в чем не повинных людей. Ну, время такое было, жестокое. Сейчас об этом можно рассказать.» Палач хвастается, как изобрел способ быстро и бескровно убивать врагов режима с помощью мотка проволоки («сначала мы их просто забивали или расстреливали, а после внедрения этого метода, работа стала куда эффективнее»). Газетчик, бывший в годы террора дознавателем, рассказывает по поводу ведения допросов и того, что отвечали арестованные: «Да без разницы, что они там отвечали! Мы все равно писали только то, что нам нужно. Нашей задачей было показать коммунистов максимально мерзкими и подлыми, чтобы народ их ненавидел.»

Или вот такой откровенный диалог:
- Сейчас часто говорят о «национальном примирении». Но вот вы видели, что мы делали с теми людьми. Скажите мне: будь вы на месте их родственников, вы бы смогли нас простить? Думаю, нет. Потому никакого примирения не будет, никогда. Это была война – или мы их, или они нас.
- Но даже если считать те события войной, ваши действия все равно попадут под определение военных преступлений.
- Военных преступников назначают победители. И знаете – я победитель. А насчет Женевской конвенции, и всего такого… Сегодня она есть, а завтра какая-нибудь другая конвенция будет, плохие станут хорошими и наоборот – такое уже бывало. Что было, то было, и сейчас нет смысла сожалеть, раскаиваться – все равно это ничего не изменит. Я ничего не отрицаю, и ни о чем не жалею. Мы делали правильное дело.


(Это, кстати, был один из немногих моментов, когда режиссер Джошуа Оппенгеймер как-то выразил свое отношение к теме фильма – в остальном никаких комментариев нет.)

Самое интересное, что фильм отнюдь не является политической документалистикой в чистом виде. Если заглянуть чуть глубже верхнего слоя, то можно заметить крайне любопытные (и временами пугающие) примеры «жизни имитирующей искусство». Помимо самого принципа «реальные убийцы разыгрывают сцены своих преступлений, а камера их снимает», фильм постепенно размывает грань между реальностью и кинематографом, между художественным и документальным. Эти самые бандиты/парамилитарес, как выясняется, в молодости фанатели по голливудскому кино и спекулировали билетами возле кинотеатров, а сейчас они сами становятся актерами в фильме о своих же подвигах – причем играют не только «себя», но и своих жертв тоже.

P.S. Один любопытный момент, который я, надеюсь, понял правильно. В субтитрах герои фильма часто характеризуются английским словом «gangsters». Исходя из контекста, на индонезийском языке они называют себя англицизмом «freemen» (дословно «свободные люди»). Что, в зависимости от ситуации, может означать как собственно бандитов/убийц/гангстеров, так и использоваться в нейтральном смысле («боевики»), и даже в положительном, типа «храбрецы», «бравые ребята». Могу ошибаться, конечно. А англицизмов и латинизмов в речи индонезийцев оказалось вообще на удивление много.

Tags: 2010s, документальное кино, кино, милитаризм
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 18 comments